Тактика работы остеопракта

На моем «показательном выступлении» в Locus Solus задали мне вопрос, который почти «главный вопрос жизни, вселенной и вообще»: как понять причину проблем пациента? Многие слышали истории про остеопатов, которые покрутили ребёнку пятку, а у него запоры прошли. Какая логика привела остеопата к пятке? Расскажу в двух словах.

Остеопатия (равно как остеопрактика, метавитоника и иже с ними) — очень субъективная вещь. Наполовину это анатомия и физиология, а наполовину — нелогичное искусство. В результате предположения о причинах проблемы и тактика их решения основываются одновременно на нескольких аспектах:

Тестирование. Мы используем ортопедические, неврологические, и наши специальные тесты, чтобы определить состояние суставов и мышц, подвижность отдельных сегментов позвоночника и проч. Это _почти_ объективная оценка. Тесты могут создавать ложную картину, но такое бывает не часто.

Внешний вид. Поза, состояние кожи, как человек зашёл в кабинет, как сел, насколько быстро и много он говорит и множество маленьких наблюдений подобного рода.

История. Что болит у человека сейчас, после чего оно заболело, что болело до того, какие он перенёс травмы и операции. Следы всех этих событий могут сохраняться к текущему моменту и влиять на состояние тела.

Объективные научные знания. Если мы лечим почки, чтобы облегчить боль в большом пальце ноги, то это не потому что нам так диктует наше «остеопатическое экстрасенсорное восприятие», а потому что у человека повышенное содержание мочевой кислоты в анализе, и мы подозреваем подагру.

Пальпация. Здесь начинается уникальность нашего подхода. Тренированная пальпация позволяет почувствовать пульс глубокого сосуда, отличить нормальный нерв от раздраженного или скомпрессированного, не говоря уже о тонусе мышц, состоянии капсул суставов и проч. С одной стороны, потенциальная точность огромная, с другой — очень легко ошибиться, нащупать иллюзию. Именно поэтому пальпация — важный, но не единственный инструмент диагностики. Нащупанное мы проверяем, сопоставляя с историей пациента и результатами тестов.

Интуиция. Опять же, это не «экстрасенсорное остеопатическое чувство». Человеческий мозг прекрасно оптимизирует свои задачи. Мы не вспоминаем грамматику хорошо знакомого языка во время непринужденной беседы. Зачастую правила забываются напрочь, а грамотная речь остаётся. Мы выбираем слова интуитивно, не задумываясь, потому что много задумывались раньше, и теперь научились. Мозгу не требуется задействовать сознание, процесс оптимизирован и идёт автоматически. Разумеется, у этой тактики тоже есть недостаток: она не работает, когда приходит пациент с совершенно новой для нас историей.

Ни один из этих источников знания не даёт стопроцентной надёжности. Поэтому мы используем их все, и опираемся на области пересечения результатов. Это самое надёжное, что у нас есть.

Когда дело доходит до выбора тактики решения проблемы, добавляется следующий уровень субъективности. В остеопатии нет протоколов вида «гипертонию с такими-то результатами анализов лечим такими-то препаратами». Подход всегда индивидуальный, и всегда немного меняется от сеанса к сеансу в зависимости от результатов. Мы выбираем тактику на основании тех же перечисленных выше принципов, плюс ещё одного. Про этот последний принцип есть анекдот.

— Батюшка, надпиши сыну письмецо в Тулу.
— ‎ Отчего же нет, давай, надпишу… А впрочем…. Давай-ка я тебе в Кострому надпишу.
— ‎ Зачем же, батюшка? Сын же в Туле.
— ‎ Давай в Кострому. Уж больно у меня буква «К» хорошо выходит.

При прочих равных мы часто начинаем с того места, которое лучше умеем лечить. Основатель остеопатии Эндрю Тейлор Стилл говорил, что организм есть единая саморегулирующаяся система. Коли так, решив ту проблему организма, которую мы умеем решать хорошо, мы освободим ресурс для саморегуляции, и другие свои проблемы организм сможет решить уже без нас.

Так и возникают остеопаты, славящиеся своей специализацией. Один вправляет всем атлант, другой — копчик, третий — третью чакру, и у каждого куча благодарных пациентов, у которых «всё прошло». Эти пациенты создают положительную обратную связь: «вот как удачно там вышло с копчиком, а ну-ка сегодня всем вообще буду править копчик, раз так работает хорошо». Самое смешное, что зачастую реально работает: за счёт перераспределения ресурса саморегуляции и эффекта плацебо.

Я залипаю подобным образом на череп. Он красивый, меня долго учили с ним работать, у него внутри мозг, изучением которого я занималась 6 лет. Соблазн велик. Приходится каждый раз усилием воли отклеиваться и аккуратно проверять всё остальное, чтобы ничего не упустить. И всё равно я хотя бы немножко работаю с черепом почти на каждом сеансе, потому что нравится. И буква «К» больно хорошо выходит.